Загружается, подождите...
Крепость Карс
Падение Города-крепости
Стояла осень, октябрь месяц, земля была мокрая, скользкая, хлябь одна,
дороги развезло. Вдруг пришло известие, что войско Черного Бекира напало на Армению.
И я увидел, как со стороны Сарыкамыша они двинулись к Городу-крепости.
Это была все таже знакомая мне коварная орда,
с которой дрались армяне-фидаи под стенами монастыря Аракелоц,
на Сулухском мосту, в Сардарапатском поле и на берегах Тхмута
И снова шли они на Армению, но вел их на этот раз не Скопец Бинбаши
и не Али-паша, а Черный Бекир. Вместо фески на них были башлыки,
и у всех в руках - мосинские винтовки. В Городе-крепости есть
тринадцать крепостей, самая большая из них стоит в центре города.
Триста пушек укреплено на этих крепостях и около двухсот пулеметов.
Командующим всеми этими крепостями был полковник Мелик-Осипов,
один из тех пяти офицеров, которых я увидел в давние те времена
в мастерской шорника, в бытность мою в этом городе.
Когда орда приблизилась к Городу-крепости и увидела,
что его невозможно взять приступом, Черный Бекир остановил
свое черное войско, и все воины по его приказу сменили черное одеяние.
...Я запомнил его в мастерской шорника Аршака спорящим с игдирцем Суреном-пашой.
Это был тот самый молодой офицер александрополец, одетый во френч.
Патриот-полковник обнажил саблю и приказал полку следовать за ним.
- Армянские воины, - сказал он, - Черный Бекир решил обманом занять
Город-крепость, наш Карс. Не дадим этого сделать! За мной, мои орлы!
Но войско не двинулось с места. И тогда полковник приказал во второй раз.
Только несколько солдат с саблями наголо встали у него за спиной.
И когда храбрый полковник увидел, в каком он оказался положении,
обернулся и сказал: "Армяне, вместо того чтобы турки пришли и плюнула мне в лицо за то,
что я без боя сдал такой город, плюньте лучше сейчас на мой труп",
- и он выстрелил себе в висок на глазах у всего войска. И не было Андраника,
который пришел бы на выручку в роковую минуту. И я увидел,
как вошло в город войско Черного Бекира под своим развевающимся на ветру зеленым знаменем.
И прославленный армянский город Карс, этот Город-крепость,
никогда ни перед кем не склонявший головы, без единого выстрела сдался на милость врага,
самого коварного из всех врагов. И целых три дня в городе шел погром.
Не щадили ни мирное население, ни пленных солдат.
Всех загнали в казематы или же в их собственные дома и самым жестоким
образом предали огню. А кого помиловали, тех погнали в глубь страны на каторжные работы.
И пал бесподобный армянский город Карс. Тринадцать крепостей было в этом городе и шесть мостов.
И один из мостов назывался "Полководец Вардан", а другой - Чугунный,
и прошла черная орда Черного Бекира по этим крепостям и по этим мостам,
прошла по прибрежной улице Лорис-Меликова, столкнув
бронзовый памятник русскому солдату-победителю перед цитаделью,
- все смела на пути и, перекрыв все ходы-выходы из города, двинулась на старый Гюмри.
Седьмого ноября войско Черного Бекира вошло в Александрополь, как теперь назывался этот город.
Наше сопротивление было отчаянным, и все же мы потерпели поражение,
не выдержав западных ветров и южнoгo самума. Наше дело было правое,
но нас было мало, а они были коварны и их была тьма. Разбойничьи банды
Черного Бекира заняли Александрополь и Ширакскую равнину. По горам Кохба прошли в Сурмалу.
Заняли Ани и подняли свой полумесяц над старинной анийской цитаделью.
По нашей стране прошел смерч... И была страшная резня и погром в Восточной Армении.
Не стреляла больше пушка в Городе-крепости, не сверяли по ней жители города свои часы.
Время в Армении остановилось. Люди были растеряны и не то что про часы - про
собственные головы забыли. Пришлось убраться черным полчищам.
Перед тем как уйти, они взорвали Александропольский форт. Взорвали и ушли.
Но их полумесяц остался над цитаделью Ани. О, горе мне, видевшему эти дни!
(В качестве иллюстрации использована картина местного музея
"Коргенерал Казим Карабекир въезжает в покорённый Карс")
Загружается, подождите...
